Отрывок книги Люка Рейнхарда - Трансформация

Популярная книга Люка Рейнхарда представляет собой захватывающее воспроизведение ЭСТ — эрхардовского семинара-тренинга — наиболее быстрорастущей и оригинальной программы "просветления" в Соединенных Штатах.
ЭСТ использует лучшие приемы различных религиозных течений и психотерапевтических дисциплин. Его цель — "взорвать ум", дать людям уникальное переживание, которое трансформирует их жизнь. Его цель — общедоступное выражение традиционной ориентации любого эзотерического обучения, будь то дзэн-буддизм, суфизм или нечто иное.

Отрывок книги Люка Рейнхарда "Трансформация"
Книга представляет собой захватывающее воспроизведение ЭСТ
(Эрхардовского семинара-тренинга) автором которого является
Вернер Эрхард.

- Я встретил в Гималаях святого, который умел видеть будущее, и он учил этому своих учеников.
- Ладно, - сказал Вернер, - это может каждый. Наш путь гораздо труднее.
- Как так?
- Мы учим людей видеть настоящее.

Сегодня мы сделаем анатомию ума, - говорит тренер, - сегодня последний день тренинга, в каком-то смысле все, что случилось в первые три дня, можно забыть. Можете все это оставить. Сегодня мы делаем анатомию ума, и когда мы ее сделаем, ваш ум будет пыхтеть, трястись, вибрировать и сопротивляться, сопротивляться, сопротивляться и затем, в большинстве случаев, - тихо взорвется. Или не взорвется. Слушайте анатомию ума и берите, что получите, тогда в любом случае вы это получите. Вы не можете этого не получить, как рыба не может не получить воду.
Прошлой ночью на вопрос "Что такое ум?" все вы могли предложить ответы, которые были полезны с той или иной точки зрения для понимания того или иного аспекта ума.
Сегодня утром я прошу вас выбросить их. Просто выбросить. Я хочу, чтобы вы вытерли доску и открылись для анатомии ума, которую мы сейчас сделаем. Я хочу, чтобы вы свободно задавали вопросы, но, если вы застрянете на попытках быть правыми в своих идеях об уме, мы только попусту потратим время. Мы уже знаем, что ваши идеи об уме правильны, но мы также знаем, что по каким-то причинам они не работают.
Что такое ум? - вот первый вопрос, на который мы хотели бы ответить. Что такое ум?
Ум - это линейная организация мультисенсорных тотальных записей последовательных моментов настоящего. Ум - это линейная организация... мультисенсорных тотальных записей последовательных моментов настоящего. Посмотрим, что это значит.
Ум - это линейная организация записей. Это можно представить, как кучу пленок, или записей, положен-ных одна на другую или одна за другой, как будто надетых на длинную невидимую струну. Каждая из этих пленок, или записей, является полной, или тотальной, записью специфического переживания - последовательных моментов настоящего. Эти записи мультисенсорны - они содержат не только визуальные или слуховые переживания, но также и полные переживания других чувств - запахов, вкусов, мыслей, эмоций, ощущений, образов и т. д.
Это значит, что каждый ум имеет записи миллионов различных переживаний прошлого. Событие, случившееся в определенном месте и в определенное время годы назад, может быть полностью записано и содержаться в наших умах, хотя мы и не имеем сознательных воспоми-наний об этом событии со времени его происшествия. Там может быть полная мультисенсорная запись. То, что человек видел, слышал, обонял, осязал, чувствовал и думал в течение небольшого сегмента последовательных моментов настоящего, теперь записано. Например, в уме Мэри может быть лента с записью ее дня рождения в 1964 году:
ее мать печет шоколадный пирог, радио играет "Битлз", текут сопли, она думает о подарках. Эта запись могла все время находиться в ее уме, ни разу сознательно не повлияв на ее поведение и не появившись в том, что мы называем памятью.
Ум - это линейная организация таких записей, они мультисенсорны и тотальны, это записи последовательных моментов настоящего. Вот ответ на первый важный вопрос об анатомии ума.

- Да, Ричард? Ричард - коренастый веселый парень лет под тридцать.

- Я дантист, и несколько месяцев назад я прочитал в журнале "Science" об исследованиях одного канадского нейрохирурга. Там говорилось, что, когда он прикасался электродом к мозгу пациента, находящегося под местной анестезией, но в сознании, пациент полностью переживал какие-нибудь события, случившиеся годы назад. Это явно похоже на проигрывание лент, как ты и говорил. Электростимуляция активизирует полную запись - пациент вспоминал мельчайшие детали, которые не появлялись в сознательном уме с тех пор, как событие случилось лет двадцать назад или больше. Там, кажется, тысячи таких записей. Доктор никогда не знает, что придет к пациенту... - Ричард умолкает.
- У тебя есть вопросы? - спрашивает тренер.
- Нет, - говорит Ричард, - я просто удивлен, что через два месяца после того, как я прочитал эту статью, ЭСТ вдруг дает мне определение ума, которое ни на что так не похоже, как на открытие этого канадца.
- Хорошо, Ричард, - говорит тренер, - только помни, что твой нейрохирург изучал мозг, а мы говорим об уме. Это нето же самое. Да, Джон?
(Аплодисменты Ричарду.)
Джон, пожилой мужчина лет пятидесяти.
- Ты хочешь сказать, что все, что когда- либо случалось с нами, находится в уме?
- Не совсем так, Джон. Индивидуальные записи полны, тотальны. Все, что Мэри пережила на кухне в день своего рождения, находится там: цвет пола, еда, фартук на матери, слова диск-жокея. Ум содержит мультисенсорные тотальные записи - это мы знаем. Но мы не говорим, что там все записи. Вы уже знаете, что не все. Вспомните - полностью пережитое переживание исчезает. Совершенно исчезает. Оно пропадает из кучи. Как будто кто-то одолжил запись и не вернул.
- Но ты хочешь сказать, что я, возможно, могу вспомнить момент своего рождения?
- Память - это другая концепция. Тем не менее верно, что большинство людей имеют мультисенсорную тотальную запись момента своего рождения.
- Я понимаю, - говорит Джон и садится.
- Да, Барбара?
- Это значит, что я - только куча записей?
- Нет, Барбара, сейчас мы говорим не о тебе, мы говорим об уме. Мы отвечаем на вопрос "Что такое ум?"
- Хм, - говорит Барбара, - но я бы сказала, что ты говоришь о мозге.
- Прекрасно. Я понял. Но мы говорим об уме, и я просил вас оставить все ваши мнения об уме и слушать меня. Хорошо?
- Хорошо... (Аплодисменты.)
- Следующий вопрос, на который мы должны ответить, - "В чем цель ума?", точнее, какова запроектированная функция этой линейной организации тотальных записей? В чем цель ума? Да, Филлис?
- Я бы сказал, что цель - в сборе информации для принятия важных решений.
- Нет, Филлис, я боюсь, что нет, - говорит Мишель, - ум имеет миллионы записей консервных банок, погоды, вкуса орехов, которые явно ничем не могут помочь в принятии решений. Да, Питер?
- У него нет цели, - говорит Питер, - он просто есть.
- Нет, и это неправильно. Цель у него есть. Да, Рик?
- Я бы сказал, что цель ума в том, чтобы помочь нам спасать свои задницы, выживать.
- Да, ВЫЖИВАНИЕ, - громко соглашается Мишель, - это не только первая цель ума, это - единственная цель ума.
- Но как у ума может быть какая-то цель, - спрашивает Нэнси, - ведь это не человек?
- Я говорил о том, что мы в действительности ведем речь о запроектированной функции ума. Запроектированная функция ума - это выживание, выживание особи, как сказал Рик, но также и всего, чем особь себя считает, - говорит Мишель.
- Ты имеешь в виду, - спрашивает Нэнси, - что особь, т. е. человек, развивает ум как инструмент для выживания?
- Это верно, - отвечает Мишель.
- Это вроде теории Дарвина? Ум развивается так, как он развивается, для того чтобы помочь особи выжить в процессе естественного отбора.
- Возможно, - говорит Мишель, но это не все. Цель ума - это выживание особи и, не забывайте этого, всего, с чем особь себя отождествляет и чем себя считает.
- Что ты имеешь в виду? - спрашивает Нэнси.
- Я имею в виду, что если ты, например, отождествляешь себя со своим мужем, то твой ум пошлет тебя на смерть в горящее здание, если твой муж остался там. Дарвин не может этого объяснить. Если мы не признаем, что цель ума выходит за рамки выживания особи, мы не сможем объяснить, почему люди бросаются в горящие здания, идут воевать, совершают самоубийства. В этих случаях ум думает, что он сможет выжить, только совершив нечто, что попутно убивает тело.
- Ммм... Но когда люди сражаются на войне... я не знаю... Почему ум думает, что пребывание на передовой необходимо для выживания?
- Цель ума - это выживание особи или всего того, чем особь себя считает. Если, например, Джордж начнет считать себя настоящим американцем и смелым человеком, смотри, что получится. Мы спрашиваем Джорджа, кто он такой, и он отвечает, среди прочих вещей, что он настоящий американец и смелый человек. Хочет ли Джордж выжить, будучи предателем? "Никогда!" - отвечает Джордж. Хочет ли Джордж быть трусом? "Никогда!" - отвечает Джордж. Он отождествляет себя не со своим телом, а со своей страной и своей храбростью. И вот Джордж на передовой с простреленной задницей. Ум работает для выживания того, с чем особь себя отождествляет, как будто это необходимо для выживания самой особи.
- Хорошо, спасибо. (Аплодисменты.)
- Некоторые из вас, может, еще помнят старые радиопрограммы Джека Бенни. Джек играл роль страшного скряги. Деньги для него - все. Самая знаменитая шутка из этой программы такая. К Джеку подходит грабитель и говорит: "Деньги или жизнь". Секунд пятнадцать - полное молчание. Наконец Джек говорит "Ну ладно... "
(Смех.)
- В этом случае особь Джека не знает, чем она себя считает - деньгами или телом, и бедный Джек в недоумении. Кто-то может броситься в горящее здание за фамильными драгоценностями, кто-то - за рукописью, над которой работал много лет, кто-то еще - за ребенком. А большинство из нас бросятся оттуда. (Смех.) И мы не бросимся обратно за деньгами, драгоценностями, рукописями или, во многих случаях, за супругами и детьми. В этих случаях особь отождествляет свое выживание, главным образом, со своим телом, а не с рукописью или ребенком.
Дело не в том, что один парень смелый, а другой - трусливый. Просто в одном случае особь думает, что она ничто без детей или денег, а в другом - ничто без тела. Да, Билл?
- Но ты берешь абстрактные вещи вроде страны, храбрости или писательского таланта, и я не понимаю, как особь начинает отождествлять себя с этими абстрактными... т. е. действительно отождествлять свое выживание с этим... с этими вещами.
- Хорошо. Этот вопрос ведет нас к другому важному положению. Можешь сесть, и я отвечу. Спасибо. (Аплодисменты.)
- Все слышали про эго? Очень беспокойная штука. Индуисты и буддисты написали тридцать триллионов слов о проблемах эго. Те, кто интересуются восточными религиями, вероятно, пролили немало пота, пытаясь уменьшить свое эго, контролировать свое эго. Они, вероятно, потратили пропасть времени, удивляясь, что за ЙУХня такая это эго. Однако эго - это очень просто, и когда мы это увидим, мы поймем, почему оно причиняет столько беспокойств. Мы также увидим, почему ум так мучается, пытаясь определить, что такое эго.
Мы называем ЭГО такое положение дел, когда особь начинает отождествлять себя с умом. Смотрите. Особь - это маленький квадрат на левой стороне доски. Ум - куча записей - на правой. Особь думает, что она - это ум. Ап! - особь становится частью ума, входит в кучу старых записей. Когда это случается, возникает эго.
Посмотрим, какие последствия имеет отождествление с умом. Если ты думаешь, что ты - это твой ум, а целью ума является выживание особи и всего, чем особь себя считает, что тогда автоматически становится целью ума? Ну?
- Выживание эго, - предполагает кто- то.
- Отчасти, отчасти.
- Целью становится спасение особи? - предполагает другой.
- Нет. Внимание! Откуда только берутся такие жопы? При таких темпах нам придется снять этот отель еще на два дня.
- Целью становится выживание ума!
- ДА, ДА! - кричит тренер. - Если целью ума является выживание того, чем особь себя считает, и особь считает себя умом, то целью ума становится СОБСТВЕННОЕ ВЫЖИВАНИЕ.
С этим маленьким поворотом у человеческой особи возникают проблемы. Мы называем проблемами такое положение дел, когда особь включается в ум, "эго".
Теперь целью ума становится выживание самого ума, выживание записей, лент, точек зрения ума, решений ума, мыслей, выводов и верований ума. Теперь ум законно всем этим интересуется. Что он пытается делать для выживания? Он пытается сохранить свою девственность, проигрывать те же самые ленты, доказывать свою правоту.
Вы думаете, что вы сидите здесь и пытаетесь меня понять, понять, что такое ум. ГОВНО! Ваш ум хочет выжить, и он заинтересован только в подтверждении своих лент. Вы знаете, что такое понимание? Ум заставляет вас чувствовать, что вы что-то понимаете, когда он начинает проигрывать одну из своих старых лент. Ох, говорите вы, теперь я понял, что ум - это магнитофон. Это значит, что ум нашел место для этого определения в своей системе верований и может выжить.
Разумеется, когда я начинаю говорить вещи, угрожающие выживанию ума - жжжж - шшшш - бах- бах! - ум делает все, чтобы избежать нового материала. Он бежит с тренинга, как мы с вами убежали бы из горящего здания, и с той же целью ВЫЖИВАНИЯ!
Теперь, если цель ума - держать себя в неприкосновенности, чего он заставляет вас искать во внешнем мире? Да, Билл?
- Он заставляет нас искать другие подобные умы.
- Хорошо. Диана?
- Он заставляет нас искать книги с такими же веро-ваниями.
- Хорошо. Что еще? Что делает ум, чтобы сохранить себя в неприкосновенности? Язон?
- Он всегда пытается себя оправдать.
- Да! Он всегда пытается себя оправдать. Что еще? Лорен?
- Мне кажется, что ум всегда будет искать поддержки других.
- Хорошо. Другое слово для поддержки?
- Общественное мнение?
- Да. Еще одно слово. Кто?
- Согласие! - кричит кто- то.
- ДА, СОГЛАСИЕ, - отвечает тренер, - ум всегда ищет согласия. Готов поспорить, что две трети из вас записались на тренинг только после того, как убедили себя, что ЭСТ - это именно то, о чем вы думали многие годы. (Нервный смех.) Сюрприз! (Смех и аплодисменты.) Мы не говорим вам того, что вы всегда думали, и это одна из причин того, что ваши умы так устали.
УМ ХОЧЕТ СОГЛАСИЯ, ДЛЯ ТОГО ЧТОБЫ ВЫЖИТЬ. Он хочет подтверждения своих точек зрения, своих решений, своих выводов. Он хочет доказывать свою правоту.
Некоторые из вас, умников, читали своего Ницше, предполагаемого великого философа, одного из величайших. Он написал кучу книг о том, как ум делает все для того, чтобы доминировать, доказать свою правоту. Он был вроде детектива, который вынюхивал, как люди создают религии, чтобы бедные чувствовали себя правыми в своей бедности, как философы создают философии, чтобы доказать, что они правы в своих ощущениях, как пи-сатели пишут книги с тайной целью самооправдания. Ницшеанская воля к власти имеет мало отношения к марширующим нацистам. Она имеет отношение к тому, что все мировые религии, все философии, все великие книги являются только попытками ума доказать свою правоту, доминировать над другими. Ум не хочет сыра, он хочет проигрывать свои ленты и бегать в четвертый тоннель... все умы, включая и ум Ницше...
- Ну ладно, - говорит Мишель много позднее, потратив полчаса на объяснения Лестеру последствий отождествления себя с умом, - давайте мы подведем итог и двинемся дальше.
Мишель показывает на доску, на которой записаны основные положения: ум - это линейная организация мультисенсорных тотальных записей последовательных элементов настоящего. Его целью, его запроектированной функцией является выживание, выживание особи и всего, чем особь себя считает. Когда особь отождествляет себя со своим умом, мы называем такое положение дел "эго" - целью ума становится выживание самого ума. Для выживания ум пытается сохранить себя в неприкосновенности, ищет согласия и избегает несогласия. Он хочет доминировать и избегает быть зависимым, он хочет оправдать свои точки зрения, выводы, решения и избегает критики. Он хочет быть правым. Смысл всего перечисленного - это непрекращающиеся усилия ума доказать свою правоту.
- Хорошо. Следующий вопрос, на который мы должны ответить: "Как сделан ум?" Я изобразил ум как одну большую кучу лент, но сейчас мы пересмотрим эту модель и определим, принадлежат ли все ленты к одной категории, или их больше, чем одна.
На простейшем уровне мы открываем, что существуют две основные кучи лент. Каждое записанное событие (каждая лента) либо существенно, либо несущественно для выживания. Помните, что запрограммированная функция ума - это выживание, и любая запись, которая необходима для его выживания, для него бесконечно важнее, чем, скажем, дата открытия Америки. Я не говорю, что вы лучше помните эти события, я говорю, что любая лента, содержащая данные, необходимые с точки зрения ума для его выживания, попадает в другую категорию, чем лента, не содержащая таких данных. Если ум думает, что эта лента необходима для его выживания, он будет проигрывать ее всегда, когда думает, что он в опасности. Какие бы внешние события ни заставляли его думать, что он в опасности, он будет проигрывать эту ленту.
Значит, есть две основные кучи записей. Одну кучу мы называем "Необходимая для выживания", - Мишель рисует на доске две кучи, - другую - "Не необходимая для выживания". Теперь записи из "Необходимой для выживания" кучи можно разделить на три категории, в зависимости от того, какой тип переживаний выживания на них записан.
Основная угроза для выживания, записанная в "необходимой для выживания" куче, состоит из переживаний, включающих боль, часто удар, относительную бессознательность, плюс, разумеется, угрозу для выживания. Под относительной бессознательностью я имею в виду все, начиная от полной бессознательности, как во сне, до полусознательности, переживаемой, например, при сильной боли или местной анестезии.

Мы называем такие переживания переживаниями номер один. Они включают боль, часто удар, относительную бессознательность и угрозу для выживания.
Вот например. Маленькой Джоан четыре года. Она играет в парке со своим братом Джимом семи лет и матерью. Здесь также их собака, спаниель Горацио. Когда они собираются уходить, брат Джоан Джим внезапно хватает ее игрушечную лодку и бежит вниз по лестнице. Джоан бежит за ним и плачет. Спаниель Горацио бежит за ней и лает. Собака бросается Джоан под ноги, она падает с лестницы, разбивает колени, обдирает локти и ударяется головой о последнюю ступеньку.
Джоан теряет сознание и получает полное переживание номер один: боль, удар, относительная бессознательность и угроза для выживания.
Когда Джоан падает, ее мать оборачивается и кричит: "Джоан, Джоан!" Собака лает.
Джоан приходит в сознание: она лежит на траве, ее мать наклонилась над ней, солнце отражается в очках матери, собака лижет лицо Джоан, и брат Джим повторяет: "Ничего страшного, ничего страшного".
Мать берет девочку на руки и велит Джиму отдать ей лодку. По дороге домой Джоан прижимает к себе лодку. У девочки болит голова, ее тошнит. Мать приносит дочь домой, укладывает в постель, дает ей конфету и говорит, что все хорошо. Джоан засыпает и просыпается через час в полном сознании. Она чувствует себя хорошо. Конец переживания номер один. Кто-нибудь может привести пример другого переживания номер один? Чак?
- Ребенка сбивает машина.
- Точно. Ребенка сбивает машина. Угроза для выживания Боль. Удар. Разумеется, потеря сознания. Еще? Рикардо?
- Падение с дерева.
- Прекрасно. Хороший пример. На высоте двадцати футов ветка обламывается, и мальчик падает. Угроза для выживания, затем боль, затем относительная бессознательность. Прекрасно. Еще? Фрэд?
- Мне было шесть лет. Когда я ехал на велосипеде, сзади загудел большой грузовик. Я обернулся и подумал, что он сейчас меня собьет, испугался, потерял управление и врезался в дерево. Это было переживание номер один?
- Было больно?
- Да.
- И если у тебя перехватило дыхание, то была, вероятно, и относительная бессознательность, верно?
- Да, я словно проснулся, когда увидел, как солнце просвечивает сквозь листву.
- Прекрасно, Фрэд, у тебя было грандиозное переживание номер один. Спасибо. (Аплодисменты.)
- Теперь скажите мне все, какое самое раннее переживание номер один?
- Когда ребенка роняют, - кричит кто-то.
- Роды, - раздается несколько голосов.
- Да, РОДЫ! Ты лежишь, как в раю, целый день ешь, прекрасная температура, все звуки приглушены - лучшее место во Вселенной, не нужно даже дышать. И вдруг! Начинается землетрясение. Ебаное землетрясение. Стенки Вселенной начинают толкать тебя вниз-вниз-вниз, в невообразимо узкий проход. Парень, который изобрел этот проход, явно никогда сам его не испытывал. Твою голову сжимают-сжимают-сжимают, и затем какая-то жопа в белом халате хватает тебя за голову руками или щипцами и вытаскивает на арктический холод. Тот же дурак в белом халате начинает бить тебя по заду, ты начинаешь дышать, плакать и слышишь, как стонет твоя мать. Затем кто-то делает тебе чик-чик около живота, и ты на всю жизнь остаешься с пупком. А если ты мальчик, то эти садисты делают тебе чик-чик и чуть пониже. Короче, я думаю, можно сказать, что роды переживаются, как угроза для выживания. Они включают боль, удар и явно происходят в состоянии относительной бессознательности. Каждый ебаный человек начинает жизнь с королевского переживания номер один...
Хорошо, всем ясно, что такое переживание номер один? Хорошо. Посмотрим теперь, что Вернер называет переживанием номер два. При таком переживании ум переживает внезапную травмирующую утрату, сопровождающуюся сильными эмоциями, обычно негативными. Простейший пример - это внезапная смерть отца, матери или брата. Для ребенка любая смерть внезапна и неожиданна. Если эта утрата связывается умом с переживанием номер один, она рассматривается человеком как важная, хотя другим может показаться тривиальной.
Вот пример. Джоан семь лет, она идет в школу. Она внимательно переходит улицу и вдруг слышит гудки и визг тормозов. Она оборачивается и видит, что ее собаку Горацио сбила машина. Горацио ползет к ней несколько футов и издыхает в канаве рядом с консервной банкой.
Заметьте, что здесь нет ни боли, ни угрозы для ее выживания. Это не переживание номер один.
Ее собака внезапно превратилась из веселого спаниеля в расплющенный кровавый труп. Это травмирующая внезапная утрата, особенно потому, что ум ассоциирует собаку с выживанием из ранних переживаний. Вспомните, Горацио лизал ей лицо, после того как она упала с лестницы, и это ассоциируется ее умом с выживанием после падения. Джоан плачет, бросается к Горацио, протягивает к нему руки и пачкается в крови. Она начинает плакать истерически. Выбегает ее мать и кричит: "Джо-ан, Джоан!", - берет девочку на руки, уносит от мертвой собаки, дает ей сладкого, укладывает и велит отдохнуть. Джоан полчаса плачет и засыпает. Конец классического переживания номер два. Вопросы есть?
Кто может предложить другое переживание номер два? Боб?
- Если Джоан потеряла свою лодку, скажем, она утонула в пруду, будет это переживанием номер два?
- Может быть, Боб, - отвечает тренер и идет к своему термосу, - или это может быть переживанием номер три. Переживание номер три - это просто любое переживание, которое ум ассоциирует либо с переживанием номер один, либо номер два. Лодка явно ассоциируется умом Джоан ее выживанием. Вспомните, она прижимала ее к себе по дороге домой после падения. Предположим теперь, что она на пруду начинает спорить с братом, злится, и он ее толкает. Джоан начинает плакать, а он говорит:
"Ничего страшного". Тут она замечает исчезновение лодки. Травмирующая утрата и сильные эмоции создают переживание номер два. Исаак?
- Ты говоришь, что переживание номер три - это такое, которое ассоциируется с переживанием номер один или два?
- Да.
- Значит ли это, что вид человека в белом халате может быть переживанием номер три? Ну, после родов?
- Точно, Исаак. Ты понял. Что еще может включить переживание номер три у любого человека, родившегося обычным путем? Все должны знать.
- Медсестры.
- Хорошо. Что еще?
- Хирургические перчатки.
- Правильно.
- Лампы.
- Да, даже лампы. Что еще?
- Женские стоны.
- Грандиозно!
- Щипцы.
- Хорошо.
- Руки врача.
- Правильно. Что еще?
- Шлепки.
- Шлепки, да.
- Тяжелое дыхание.
- Да, тяжелое дыхание. Хорошо.
- Отрезание члена. (Смех.)
- Это верно, - говорит тренер, улыбаясь, - когда бы мужчине ни отрезали член, он всегда чувствует угрозу для выживания.
(Смех.)
- Цвет стен.
- Прекрасно. Хорошо, вы ухватили идею. Обычно переживание номер три работает примерно так: скажем, Джоан теперь девятнадцать лет, и за ней ухаживают мужчины. Однажды она едет на пикник с Вальтером, своим фаворитом. Он сильный и мрачный, хотя и носит очки. После хорошей закуски они ложатся в траву и начинают обниматься. Вальтер сжимает ее слишком сильно, и она охает. Вальтер говорит: "Ничего страшного", и в этот момент солнце отражается в его очках.
Джоан лежит в траве, ей больно, солнце отражается в очках, и мужской голос: "Ничего страшного". Она внезапно чувствует головную боль и тошноту. Она уходит. Переживание номер три. Боб?
- Я не совсем понимаю, как в таких случаях работает ум. Голова Джоан заболела из-за того, что она болела тогда, после падения?
- Правильно, Боб. Ум имеет специальную собственную логику. Логика ума такова: каждый элемент данного события равен другому элементу, кроме некоторых случаев. Предположим, что событие "падение с лестницы" состоит, скажем, из двадцати основных элементов. По логике ума, А равно Б равно В равно Г равно Д... Е... П... Р... С... Т, кроме некоторых случаев. У Джоан на пикнике с Вальтером произошло то, что Т - трава, С - солнце, Н - слова Вальтера вызвали ассоциации, что ничего не слу-чилось, а Б - боль стимулировала ее переживание и вызвала Г - головную боль и Р - рвоту. В другой раз аналогичная ситуация в траве могла бы стимулировать у нее желание заплакать или потребность съесть конфету. Она могла бы также захотеть, чтобы Вальтер полизал ей лицо. (Смех.) Не смейтесь. Так работает ум. Джоан может выйти за Вальтера замуж из-за того, что ей по некоторым причинам нравится, как он ее лижет. (Смех.) В действительности, конечно, она выходит замуж за Горацио. (Смех). Не смейтесь. Сколькие из вас состоят в браке с собаками? (Смех) Да, Роберт?
- Но если тебя послушать, - говорит Роберт, - то кажется, что у нас нет никакого контроля за своими мыслями. Как насчет свободы воли? Как насчет принятия решения?
- Хорошо, Роберт. Чтобы ответить на твой вопрос, я попрошу тебя проделать небольшой эксперимент. Хочешь ли ты прямо сейчас проделать небольшой эксперимент?
- Конечно, - говорит Роберт.
- Прекрасно. Я хочу, чтобы ты поднял руку и держал ее горизонтально на уровне лица. Хорошо? Я сейчас начну громко считать до трех, и когда я скажу "три", я хочу, чтобы ты посмотрел на свое переживание и решил, поднять или опустить руку. Вопросы есть? Прекрасно подними руку и держи ее на уровне лица. Хорошо. Один... два... три...
Роберт секунды две колеблется, затем его рука падает.
- Хорошо. Чтобы быть уверенным, что ты действительно пережил происходящее в твоем уме, я хочу, чтобы ты сделал это еще раз. Подними руку и держи ее на уровне лица. Запомни: посмотри на свое переживание и выбери, поднять или опустить руку. Один... два... три...
Снова Роберт несколько секунд стоит неподвижно, затем его рука падает.
- Хорошо. Что случилось? - спрашивает Мишель.
- В первый раз после того, как ты сказал "один, два три", ничего не случилось. Ни мыслей, ни чувств, ни движений. Тогда я подумал, что нужно что-то сделать. Я решил опустить руку и опустил.
- Хорошо, Роберт. Я хочу только, чтобы ты разъяснил нам свое переживание. Сначала никаких мыслей не было, верно?
- Полная пустота.
- Что потом?
- Я подумал, что должен что-то сделать...
- Стоп! Какая именно была мысль?
- Я должен что-то сделать. Такая и была.
- Она возникла в сознании?
- Да.
- Хорошо. Что потом?
- Потом пришла мысль, что я опущу руку, и рука опустилась.
- Что случилось во второй раз?
- Второй раз был странным. До того, как ты сказал "три", я решил, что подниму руку, так как первый раз опустил. Ты сказал "один, два, три", - и секунду ничего не происходило. Тогда я сказал себе: "'Я не хочу поднимать". Еще несколько секунд - ничего. Я подумал, что все равно подниму. Прошло две секунды - и проклятая рука опустилась!.. (Смех.)
- Хорошо, Роберт. Ты спрашивал о контроле над мыслями и принятием решений. Ты получил ответ? Роберт смотрит на Мишеля и качает головой.
- У меня, может, и нет особого контроля, но... но я должен иметь хоть... какую-нибудь свободу выбора.
- Да, - говорит Мишель, - в конце дня мы рассмотрим проблему выбора, и тебе станет совершенно ясно, что ты можешь выбрать.
- Хорошо, спасибо. (Аплодисменты.)
- Давай, Язон.
- Слушай, мне все это очень нравится, но меня раздражает... мне кажется, что вы украли большую часть этих идей с лентами из сайентологии.
- Я понял, Язон. Человек шесть думают, что мы украли значительную часть Дзэна, человек одиннадцать - что мы ограбили гештальттерапию, а двое знают, что мы позаимствовали что-то из Silveed Mind Control. Назовите еще что-нибудь - Вернер и это украдет. (Смех.) Александр Грехем Белл украл все, из чего он сделал телефон, однако в целом изобрел нечто совершенно новое. У тебя есть вопросы по анатомии ума?
- В сайентологии, которую я изучал шесть лет, Рон Хаббард демонстрирует, что наши умы наполнены этими переживаниями номер один и номер два. В сайентологии они называются эннграммами. Процесс правды замечательно помогает освободиться от эннграмм. Сайентология полностью соотносится с этой анатомией ума.
- Откуда ты знаешь? Мы, может быть, сделали еще только половину.
- Ну хорошо, - говорит Язон, - пока согласен. Я хочу задать тот же вопрос, который я имею к сайентологии. Перед перерывом ты привел пример с тем, как Джоан расстраивается, лежа в траве с приятелем. Потом ты сказал, что все расстройства в действительности проистекают из переживаний номер один и номер два.
- Нет. Я сказал, что они проистекают исключительно из переживаний номер один.
- Хорошо, пусть из переживаний номер один. Ты хочешь сказать, что если я вижу человека, погибшего в автомобильной катастрофе, и расстраиваюсь, то в действительности расстраиваюсь из-за чего-то в своем прошлом?
- Разумеется.
- Всегда?
- Абсолютно. Подумаешь, кого-то переехали. Вы пять ебаных лет смотрели, как бомбят вьетнамских детей. Кто из вас расстраивался? (Поднимаются несколько рук.) Вот видите. Смерть других людей не является сама по себе
угрозой для выживания. Сама по себе она вас не расстраивает.
- Ты хочешь сказать, что когда мы, скажем, спорим со своими женами и из- за этого расстраиваемся, то это включается какое-то прошлое переживание номер один?
- КОНЕЧНО! Чего расстраиваться, если болтаешь с женщиной? Ты можешь поспорить с какой-то женщиной о радикальном феминизме и совершенно не расстроиться. И расстроиться, поспорив с женой. Все очень просто:
твоя жена - это в действительности твоя собака. (Смех.) Скорее, конечно, твоя жена - это твоя мать. И можешь быть уверен, будь ты проклят, что твоя мать участвует уж по крайней мере в одном твоем грандиозном переживании номер один.

- Ты имеешь в виду, что любое расстройство - это проигрывание ленты с каким-то прежним расстройством?
- С каким-то переживанием номер один. Правильно. Посмотри, какие глупые тривиальные вещи нас расстраивают. Я на вас кричу. Большинство из вас это не беспокоит. Но многие немного расстраиваются каждый раз, когда я кричу. Почему? Потому что отец или мать кричали во время какого-то прошлого травмирующего переживания номер один. Вы помните, как в прошлый уик-энд женщина жаловалась на крик Дона, и он свел это к тому, что ее отец кричал на ее мать? Вас расстраивает совсем не то, что вы думаете. Кто-то расстраивается, попав в дорожную пробку, а кто-то засыпает. Одна женщина при виде крови падает в обморок, а другая тайно хочет ее выпить. Одни боятся змей, другие нет. Единственная вещь, которая действительно расстраивает, - это угроза для выживания. Все ваши расстройства вытекают из прошлых угроз для выживания, связанных с болью и относительной бессознательностью... Что-нибудь еще? Хорошо. (Аплодисменты.) Ричард?
- В книге про ЭСТ, которую я читал, - говорит дантист Ричард, - говорилось, что четвертый день тренинга состоит из интеллектуального анализа ума, который приходит к тому, что ум - в основном машина. Мне кажется...
- Ну, ты читал книгу про ЭСТ? - спрашивает Ми-шель, переходя на край платформы.
- Да. Это была хорошая книга, с большим количеством содержательной критики, особенно по поводу ЭСТовского анализа ума. Эта книга вызвала у меня интерес к тренингу. В ней говорилось...
- Ричард, - мягко прерывает тренер, - ты читал книгу про ЭСТ. Многие другие тоже читали. Три четверти присутствующих читали статьи про ЭСТ. Грандиозно! Но этот тренинг - переживание, а не книга. Если бы Вернер думал, что можно то же самое сделать с помощью книги, он бы так и сделал. Он бы сидел дома или развлекался, вместо того чтобы работать по восемнадцать часов в сутки. Ты прочитал книгу и знаешь все ответы. Грандиозно! ЭСТ не дает никаких ответов. Ты прочитал книгу и знаешь критику ЭСТовских интеллектуальных верований. У ЭСТа нет никаких верований. Ты прочитал книгу и знаешь все, что я скажу, раньше, чем я сказал. Грандиозно! Все это не имеет никакого значения, будь ты проклят. Мы могли бы перед тренингом дать вам, туркам, прочитать весь печатный текст тренинга. И что бы случилось? Случилось бы то, что уже случилось. Здесь нет ни идей, ни ответов. ЭТО ПЕРЕЖИВАНИЕ! ЭТО ПЕРЕЖИВАНИЕ СЕЙЧАС И ЗДЕСЬ, В ЭТОМ ЗАЛЕ! Вернер однажды сказал, что тренер мог бы четыре дня читать телефонную книгу, а ученики все равно получили бы это. В этом зале с этими людьми ты ПЕРЕЖИВАЕШЬ и получаешь, что получил! Тренинг - в этом.
Когда ты начинаешь говорить про то, что прочитал в книге, ты пытаешься перестать быть в этом зале. Ты пытаешься найти тренинг, про который прочитал в книге. Прекрасно, прекрасно. Но зачем тогда платить двести пятьдесят долларов за тренинг, который, как ты думаешь, ты уже знаешь из книги? Довольно глупо. Я хочу, чтобы ты был сейчас и здесь на ЭТОМ тренинге. Я хочу, чтобы ты пережил свое переживание, а не какого-то автора. Понял?
- Да, я понимаю, - говорит Ричард, нахмурившись, - значит, я должен подавить критическое отношение, почерпнутое из этой книги?
- Нет! Переживай его. Бери, что получишь. Но только не сиди со своей книгой в серебряной коробочке, вся-кий раз вынимая ее и проверяя правильность этого тренинга. (Смех.) Выдвигай возражения, задавай вопросы, если ты уверен, что они твои.
- Хорошо, - говорит Ричард, - могу я задать вопрос?
- Да, если он твой. Давай.
- У меня есть чувство, что ты уходишь от реальности. Что случилось со всеми творческими аспектами ума? Где воображение, художественное творчество, оригинальное мышление, решение проблем? Куда все это делось?
- Спасибо, Ричард. Это хороший вопрос. Левая куча, содержащая только записи, которые ум считает необходимыми для выживания, действует исключительно как стимул - ответ, стимул - ответ, исключительно на логике идентичности. Эта куча действует совершенно механически, совершенно механически, как полный кретин. Пусть, предположим, заяц пасется в траве, слышит пение птицы, хруст ветки и вдруг чувствует острую боль в плече и слышит громкое "бах". Заяц удирает, как черт. Так ум работает на выживание. Все равно всему, за некоторыми исключениями. Значит, творческие способности человека могут существовать в одном из двух мест - или в другой куче записей, или в пространстве, которое освобождается, когда записи стираются при полном переживании.
Например, Джон беспокоился, что если он при полном переживании переживаний сотрет запись, содержащую путь из отеля домой, то он потеряется. Это не так. Мы знаем, что если он полностью переживет свои переживания, связанные с дорогой домой, он все равно сможет добраться до дома. В свободном пространстве, созданном стиранием записи, проблема дороги домой будет решена, как кажется, из ничего.
Ричард несколько секунд стоит молча. Тренер смотрит на него.
- Но что ее решает? Мне кажется, что сказать, что что-то возникает из ничего, - это не объяснение.
- Нет, не объяснение, - говорит Мишель, - любое объяснение, которое я мог бы дать, должно было бы соответствовать твоим умственным требованиям. Чем бы ни было это "ничто" - это явно не ум.
- Но что такое воображение? Творчество? Откуда они приходят?
- Они никогда не уходили. Они всегда там были.
- Я не понимаю.
- Ну и прекрасно, Ричард. Помни, что если твой ум чувствует, что он что-то понимает, это, вероятно, значит, что он проигрывает одну из своих лент. Спасибо. Да, Рональд?
(Аплодисменты Ричарду)
- Могут ли записи из необходимой для выживания кучи быть стерты, как и другие?
- Конечно! Любое полностью пережитое переживание исчезает. В процессе правды вы воссоздали свои переживания, и они в некоторых случаях исчезли. Расстройства в настоящем - это неизбежно переживания номер три: случается нечто, что включает переживания номер один или номер два, точнее - номер один. Чтобы избавиться от этих расстройств, мы должны либо уничтожить переживания номер один, либо связь между ними и стимулами настоящего.
- Значит, теоретически можно пережить все свои записи и стать пустым пространством?
- Теоретически да. Но позднее мы увидим, что существуют определенные барьеры, которые делают это невозможным...


- Эльза, не окажешь ли ты мне услугу? Не хочешь ли ты поделиться со мной и другими учениками тем, что придет к тебе, когда я буду задавать тебе вопросы? Не будет никаких фокусов и ничего неприятного.
- Хорошо, - говорит Эльза.
- Иди сюда и садись на стул.
Эльза - хорошо одетая, невысокая хорошенькая женщина выходит на сцену и садится на один из двух сту-льев.
- Прекрасно. Закрой глаза и войди в свое пространство... Хорошо. Через секунду я назову тебе дату, и я хочу, чтобы ты поделилась с нами всем, что придет к тебе. Любыми образами, словами или чувствами. Ты поняла?
- Ага, - отвечает Эльза.
- Хорошо. 1807 год.
Эльза молчит секунд десять.
- Я... вижу корабли. Я... я в маленькой шлюпке, отплывающей от одного из кораблей... он горит.
- Прекрасно. Что еще?
- Со мной... еще двое мужчин. У меня ранена рука. Она горит. Трудно держать левое весло. Вода на дне шлюпки холодит ноги...
- Что с кораблями?
- Мы уплываем оттуда, и я вижу, как какие-то люди бегают по корме горящего корабля. Мне кажется, что сзади меня лежит раненый...
- Прекрасно. Что-нибудь еще?
- Да, - говорит Эльза, улыбаясь, - я хочу в туалет.
- Ты или ты в лодке?
- Та, которая в лодке. Я в порядке.
- Спасибо, Эльза. (Аплодисменты.)
- Хорошо. Смотрите. Что все это значит? Эльза - это перевоплощение английского моряка девятнадцатого века? Этого узнать нельзя. У нее разыгралось воображение, и она пересказала историческую книгу? Этого узнать нельзя. Если она взяла все это из исторических книг, то что такое для Эльзы исторические книги, как не записи? Или в ее куче записей содержатся события не только ее жизни, но также и жизней других людей прошлого? Снова этого узнать нельзя. Это только возможность. Тем не менее в любом случае это запись из ума Эльзы. Все - запись.
Ну хорошо. Есть один маленький аспект ума, о котором я не говорил. Каждый из нас возник из клетки, сформировавшейся в момент зачатия. Эта клетка сформировалась из одной отцовской клетки и одной материнской. Материнская клетка возникла из клеток ее отца и матери. Все это знают. Все знают, что мальчик может быть похож как две капли воды не на отца, а на деда. И так до бесконечности. Ты можешь быть похож ни на отца, ни на деда, а на пра-пра-пра-пра-прадеда. Или на пра-пра-пра-пра-прабабку. Каждый из нас унаследовал что-то от каждого предка, и каждый из нас связан с кем-то другим.
Ничего нового. Ничего удивительного. Я говорю только, что возможно, только возможно, что Эльза, как и любой другой, носит в себе записи, сделанные еще до ее рождения. Даже если это и воображение, вы должны признать, что большинство людей начинают немедленно создавать определенные события, как только их ум получает какую-то дату.
Древние индийские йоги заявляли, что проследили эти воспоминания на триста пятьдесят триллионов лет назад. Дальше ничего нет. Можете верить или не верить, это неважно. Это только одно из явлений, которое должно заставить ваш ум понять, как мало он знает...
- Мы приближаемся к концу анатомии ума, и я хочу, чтобы вы все были внимательны.
Ум - это линейная организация мультисенсорных тотальных записей последовательных моментов настоящего. Его целью является выживание особи или всего, что особь отождествляет со своим выживанием. Поскольку особь неизбежно отождествляет себя с умом, целью ума является выживание ума - выживание записей, точек зрения, решений, верований, правоты ума. Поэтому ум всегда ищет согласия и избегает несогласия, всегда хочет быть правым и избегает быть неправым, хочет доминировать и избегает быть зависимым, хочет самооправдания и избегает критики.
Конструкция ума предполагает две кучи. Одна содержит записи переживаний, необходимых для выживания, другая содержит записи, не необходимые для выживания. Переживания из первой кучи делятся на три класса. Номер один - это переживания, включающие боль, угрозу для выживания и относительную бессознательность. Номер два - это переживания утраты или травмирующей утраты, ассоциирующейся с переживаниями но-мер один и включающие сильные эмоции. Номер три - это переживания, запускающиеся важными элементами переживаний номер один и номер два.
Вторая куча записей содержит переживания, не необходимые для выживания. Такие переживания могут быть у ребенка, когда он играет в игрушки или гуляет, и ничто в окружающей среде не делает это переживанием номер три.
Логикой ума является иллогическая идентичность. Для ума А равно Б равно В равно Г, кроме некоторых случаев. Ум - это ассоциативная машина, которая ассоциирует все вещи и происшествия внутри события. По-этому наша Джоан может ассоциировать лизание лица собакой либо с удовольствием от возвращения в сознание после падения, либо с болью. Мы никогда не знаем, какую идентификацию сделает ум. Последний вопрос, на который мы должны ответить: каковы размеры ума? Каковы относительные размеры двух куч лент? Займемся этим вопросом.
Слева находится куча записей переживаний, которые ум фиксирует как необходимые для выживания. Справа находится куча записей переживаний, которые ум записывает как не необходимые для выживания.
Теперь для определенности возьмем воображаемое человеческое существо с рождения. Не раньше. Мы зна-ем, что существует вероятность того, что особь наследует записи за несколько триллионов лет, многие из которых могут содержать переживания номер один. Мы игнорируем эту возможность. Мы также знаем, что в период беременности женщина может упасть или отравиться и, таким образом, создать переживание номер один еще не родившемуся ребенку. Все это нам известно, но для простоты анализа мы предполагаем отсутствие переживания номер один до рождения. Поэтому начнем с рождения. В необходимой для выживания куче записей возникает стопка записей родов. Прекрасно. Затем человек, вероятно, проживает несколько спокойных дней или недель. В его куче записей появляется стопка записей не необходимых для выживания. И вдруг ребенка роняют. С высоты всего пары футов, но бедное дитя несколько секунд чувствует, что игра окончена. Психологи говорят, что до года дети находятся большую часть времени в полусознательном состоянии, поэтому можно быть уверенным, что легкие толчки и падения создают переживания номер один. Предположим, остаток первого года жизни не дал человеку других переживаний номер один. Были ли у человека на первом году жизни переживания номер два или три? Джек?
- Конечно, были. Даже то, что ребенка берут на руки, как при родах, может включить переживания номер три.
- Хорошо. Конечно, в течение первого года жизни определенно будут переживания номер три. Да, Донна?
- Если Джоан выносят на холодный воздух, может это быть переживанием номер три?
- Конечно, может быть... Теперь я хочу, чтобы вы все обдумали такой вопрос: какой примерно процент записи первого года жизни Джоан, относящиеся к категории один, два и три, составят в общем объеме записей, не необходимых для выживания? Обдумайте этот вопрос и дайте правдоподобную оценку. Дженифер?
- Ты имеешь в виду, какой процент ее переживаний будет ассоциироваться с переживаниями номер один?
- Да. Или с переживаниями номер два. Я хочу, чтобы все обдумали этот вопрос и предположили процент. Хорошо. Давайте посмотрим. У кого готов ответ? Боб?
- Двадцать пять процентов.
- Прекрасно. Двадцать пять процентов. Лесли?
- Я бы сказал, только около пяти процентов.
- Хорошо. Элания?
- Двадцать процентов
- Прекрасно. Ричард?
- Сто проклятых процентов. (Нервный смех.)
- Хорошо. Донна?
- Пятьдесят процентов.
- Хорошо. Сильвия?
- Десять процентов.

- Хорошо, ладно, - заключает Мишель, - давайте предположим, что самый низкий из предложенных вариантов процентпять процентов - является правдоподобным. Не будем считать это правдой. Это просто самая низкая оценка из предложенных. Итак, в течение первого года жизни пять процентов всех переживаний ребенка записываются в куче переживаний, необходимых для выживания. Посмотрим теперь что происходит между первым и четвертым годами жизни Джоан. Предположим, что у нее довольно хорошая жизнь, и единственные новые переживания номер один - это, скажем, происшествие с ней, когда она катается на велосипеде или ее падение с лестницы. У большинства детей таких случаев больше, но у Джоан пусть будет только один. У нее, конечно, будет и несколько новых переживаний номер два - утрат с сильными эмоциями, утрат, ассоциирующихся с переживаниями номер один. У нее также будет и несколько новых переживаний номер три. В конце концов у Джоан есть по крайней мере три переживания номер один, что дает целую кучу стимулов, которые могут включить переживания номер три. Она также имеет несколько переживаний номер два, что дает дополнительные стимулы для включения переживаний номер три. Утрата велосипеда, собаки, лодки, брата или матери может быть переживанием номер два. Поэтому любое событие, содержащее элементы, присутствовавшие в событии утраты собаки, лодки или матери - вроде консервной банки в канаве рядом с мертвой собакой - может стать событием номер три. Ясно?
- ПРОСНИТЕСЬ! ВАШИ УМЫ ПЫТАЮТСЯ ВАС УСЫПИТЬ!.. Ясно? Хорошо. Какой процент переживаний в возрасте от одного до четырех лет будет переживаниями номер один, два или три? Задайте себе этот вопрос.
На некоторое время наступает тишина. Наконец поднимаются несколько рук.
- Да, Джуди? - говорит Мишель.
- Я бы сказала, что теперь процентов пятьдесят.
- Пятьдесят процентов. Хорошо. Джесси?
- Мне кажется, что чем старше становится Джоан, тем больше ее переживаний становятся переживаниями один, два или три.
- Хорошо. Это верно. Какой процент в возрасте от одного до четырех ты предполагаешь?
- Я не знаю. Большой.
- Какой?
- Восемьдесят?
- Прекрасно. Восемьдесят. Тэд?
- Двадцать пять процентов.
- Спасибо. Дик?
- Я чувствую, что около ста процентов, но это значит...
- Прекрасно. Сто процентов. Кто еще? Наступает тишина. Поднятых рук больше нет.
- Хорошо. Минимальная цифра - это двадцать пять процентов. Посмотрим, что это значит для Джоан на следующие два или три года. Во-первых, возможно ли, чтобы пятый год ее жизни дал меньше, чем двадцать пять процентов?
Несколько приглушенных "нет". Хотя некоторые ученики, как кажется, совершенно утратили нить спора, большинство слушают внимательно. Многие подавлены, так как с неудовольствием чувствуют, куда клонит тренер.
- Нет, - соглашается Мишель, - процент переживаний номер один, два и три, процент записей, которые ум считает необходимыми для выживания, процент записей, которые функционируют исключительно по механическому принципу идентичности, должен постоянно возрастать. После рождения, например, есть сто различных стимулов, которые могут включить переживания номер один, два и три. Если к концу первого года их, скажем, тысяча, а через четыре года - сорок тысяч, то число переживаний, которые могут не оказаться переживаниями номер один, два и три, становится все меньше и меньше, а процент переживаний номер один, два и три - все больше и больше. В действительности, взяв самый низкий процент - пять процентов за первый год (что игнорирует воз-можность переживаний номер один, два и три до зачатия и в период беременности), мы видим, что за три года про-цент увеличивается в пять раз - до двадцати пяти процентов. В следующие три года рост будет происходить по крайней мере с той же скоростью, и это означает (пятью двадцать пять равно сто двадцать пять), что к семи годам все переживания Джоан будут записаны в "необходимой для выживания" куче.
Мишель делает паузу, смотрит на учеников, на доску, снова на учеников со странно мягким отрешенным выражением лица. В зале полная тишина.
- В этом анализе есть только одна неточность, - говорит он, нахмурившись, - мы недооценили идиотскую логику ума. После рождения, королевского переживания номер один, у ребенка есть по крайней мере сотня стимулов, способных запустить переживания номер один, два или три. Но в силу логики идентичности каждый из этих стимулов немедленно ассоциируется в уме ребенка со всем остальным, что имеет к нему отношение. Руки врача ассоциируются с руками мужчины, руки мужчины ассоции-руются с мужчинами, мужчины ассоциируются с людьми вообще. Зеленый цвет больничных стен ассоциируется с зеленым цветом травы и деревьев. Больничные стены ассоциируются со стенами вообще, стены вообще - со всеми поверхностями т. д.
- Если мы честно посмотрим на то, что происходит с момента рождения, мы увидим, что все, что ребенок переживает, ассоциируется с болью, угрозой для выживания и относительной бессознательностью. Все, что ребенок переживает с момента рождения, является по крайней мере переживанием номер три, и таким образом, все записи ребенка попадут в "необходимую для выжива-ния" кучу. Все его поведение будет механическим ответом на стимул.
Мишель сидит на стуле, слегка наклонившись вперед, с абсолютно нейтральным выражением лица. Он говорит теперь гораздо медленнее, делая длинные паузы между предложениями. Большинство уче-ников слушают со смущением, недоверием и подавленностью.
- С момента рождения мы попадаем под влияние механического ума. С момента рождения все только стимул - ответ, стимул - ответ, стимул - ответ. Механический ум использует свою логику идентичностей в своих кретинических усилиях выжить. С момента рождения мы полностью попадаем под влияние машинного ума... стимул-ответ, стимул-ответ, стимул ответ...
Все вы недавно видели, что, когда Роберт пытался решить, поднять или опустить руку, рука просто оказывалась поднятой или опущенной, или решение каким-то образом оказывалось у него в голове... Все механично... Контроля нет... Все механично... Стимул - ответ, стимул - ответ, стимул - ответ...
Мишель делает длинную паузу и нейтрально оглядывает аудиторию. В зале глубокая тишина. Большинство учеников смотрит мрачно.
- Вы машины, - беззаботно говорит он через некоторое время, - вы никогда не были ничем, кроме машин...
Тренер снова делает паузу, глядя на зал с полным безразличием. - Ваши жизни полностью механичны... Только стимул - ответ, стимул - ответ, стимул - ответ...
Ваши жизни бессмысленны... У машин нет смысла... У машин нет целей... идеалов... морали... смысла... Машины просто ползут... механически... пытаясь выжить... они рассыпают искры... выбрасывают вонючий выхлоп... но они абсолютно бессмысленны...
Кто-то из учеников тихо плачет. Большинство сидит неподвижно. На лицах протест или депрессия.
- Вы - машины... Вы никогда не были ничем другим... Контроля нет... У вас никогда не было никакого контроля... Все ваши трагедии - это проигрывание ваших лент...
Мишель берет с подставки свой термос и пьет.
- Все ваши драматические переживания, - продолжает он, облизывая губы, - это только проигрывание в вашем машинном уме каких-то старых угроз для выживания. Все- это только стимул - ответ, стимул - ответ, сти-мул - ответ...
Вы потратили всю свою жизнь на попытки найти лазейку и не признавать, что вы - машины. Потратили всю жизнь, пытаясь не признавать того, что есть... Вы были машинами до тренинга... Вы остались машинами после тренинга... Никаких перемен... Двести пятьдесят долларов ни за что... (Кто-то тихо смеется.) Вы - машины...
Заметьте, что ваши умы сопротивляются. Ваши умы подкидывают вам мысли вроде "Это слишком абстрактно" или "Это бессмысленно"... Вы знаете, что вы свободны потому, что через ваши умы механически проскакивает мысль "Я свободен". За ней механически следует другая - "Да, верно, я свободен"...
Кто-то громко смеется, но Мишель, кажется, не замечает этого.
- Все вы сидите и говорите себе: "Это еще один трюк тренера... Через несколько минут он все переиграет и скажет нам, что мы не машины. Мы сделаем несколько простых ЭСТовских процессов и станем лучше".
Трое коротко посмеиваются, один громко смеется.
- Это не трюк, - говорит Мишель, снова отхлебывая из термоса, - я ничего не переиграю... Это все...
Еще несколько учеников начинают тихо смеяться. Кто-то продолжает плакать.
- Ничего больше не будет... Вы - машины... Короткая волна смеха пробегает по залу.
- Каждая мысль, которая возникает сейчас в ваших головах, просто возникает... Эффект, эффект, эффект, эффект, эффект... Старый машинный ум все еще крутит свою шарманку... Вы - только... машины... Вы никогда не были ничем другим.
Мишель поводит плечами в комической "ну и что?" манере. Несколько учеников смеются.
- Вот и все...
Кто-то снова смеется.
- Тут нечего понимать... Я надеюсь, вы это понимаете Несколько человек смеются, двое - очень громко.
- Вы получили это. (Смех.)
- Вы потеряли... Тут нечего получать... (Смех.)
- Вы потратили целую ебаную жизнь на то, чтобы спрятаться от факта, что вы - машины... Вы претендовали на то, что каким-то образом контролируете свой ум... Ну и ладно, - говорит он, снова поводя плечами, - есть о чем беспокоиться... (Смех.) Неважно... Все равно все бессмысленно... (Смех.)
- Теперь мы можем сказать вам, что такое просветление, - продолжает Мишель, слегка изменяя выражение лица, как будто собирается сказать что-то на один процент более важное, чем все, что он говорил до этого. - Просветление - это знание, что ты - машина...Смех медленно распространяется по всему залу, вырастает в гигантскую волну и отступает.
- Приятие своей машинности, - тренер делает длительную паузу и смотрит на аудиторию с утомленным мягким выражением лица. - Вот оно...
Громкий смех небольшого числа учеников заполняет зал. Кто-то аплодирует. Большинство ошеломлены и озадачены.
- Это - космическая шутка, - громко говорит кто-то.
- Да, - говорит тренер, - вроде того... (Смех.)
- Вы заплатили по двести пятьдесят долларов, чтобы узнать, что вы - машины... (Смех.) что вы всегда были машинами... (Смех.)
Мишель продолжает. Теперь около трети, а может быть, половины учеников сияют и смеются каждому его слову. Остальные мрачны и ошеломлены.
- Просветление - это просто знание и приятие того, что ты машина... Велика важность... (Смех.) Вы получили это, и это - ничто, верно?.. (Смех.) Дон говорил вам в прошлый уик-энд, что вы ничего не получите от тренинга (Смех.) Ну вот вы и получили!
Следует взрыв смеха. Мишель сияет.
- Тут нечего получать...
Он подходит к своему термосу, пьет и вытирает рот.
- Человечество триста пятьдесят триллионов лет борется за то, чтобы не быть тем, что оно есть... Неудивительно, что оно устало! (Смех.) Трудно быть машиной... Создает скрежет, износ деталей... вонючий выхлоп... Просветление - это говорить "да" тому, что есть... Просветление- это брать, что получил... Ты, разумеется, можешь брать, что получил... потому что это то, что ты получил! (Смех.)
И ты, разумеется, можешь не брать того, что ты не получил... потому что ты этого не получил... (Смех.)
Конечно, нельзя никого заставить брать больше того, что получают... но они, естественно, все равно это получают...
Просветление (при этих словах несколько человек смеются) - это большое ничто...
Просветление - это брать, что получил... когда ты это получил. (Смех.) И не брать того, что ты не получил... когда ты этого не получил... (Смех.)
- Чего ты хочешь? - внезапно рявкает Мишель на поднявшего руку ученика. Мишель говорит теперь совершенно другим, гротескно раздраженным голосом, который вызывает у аудитории взрыв смеха.
- Я только хочу сказать, - говорит Том, вставая, - что это самые грандиозные двести пятьдесят долларов, которые я когда-либо тратил... (Смех, аплодисменты, мрачность.)
- Велика важность, - говорит Мишель, пожимая плечами, - машина хвалит себя за то, что она - машина. (Смех.)
-... Да, Джейн?
- У меня вопрос по поводу кучи записей... - говорит Джейн, но ее мгновенно заглушает хохот.
- Поздно, Джейн, все кончено... Ничего больше нет, - заключает Мишель. (Смех.)
- Но я хочу задать вопрос про кучи, - настаивает Джейн, чем вызывает еще больший взрыв смеха.
- Расслабься, - предлагает Мишель, - получай удовольствие от лент... Да, Тэрри?
- Теперь, когда мы просветлились, мы все еще жопы? (Смех.)
- Жопа, - начинает Мишель с преувеличенным чув-ством достоинства и торжественностью, - это машина, которая думает, что она не машина.
Он делает паузу и, многозначительно улыбаясь, оборачивается на доску. Когда он поворачивается назад, его лицо расплывается в карикатурной идиотской улыбке.
- Просветленный человек (Смех.) - это жопа, которая знает, что она машина. (Смех и аплодисменты.)
- Ричард?
- Я не понимаю, над чем все смеются, - говорит Ричард, нахмурившись.
- Смеются не все, - говорит Мишель с видом искреннего удивления, - ты не смеешься. Я не смеюсь.
- Да, но большинство смеется.
- Верно, Ричард, похоже на то. Люди, которые смеются, смеются потому... что они смеются. А люди, которые не смеются, не смеются потому... что не смеются. (Смех.)
- Но что тут смешного? - настаивает Ричард.
- Все очень просто, - отвечает Мишель, - парень по имени Анри Бергсон, великий французский философ, как мне говорили, написал однажды книгу, доказывающую, что суть смешного состоит в видении человеческих существ действующими как машины (Смех.)... И некоторые люди здесь, по всей видимости, видят человеческие существа, действующие, как машины.
- Но философски... - начинает Ричард, но слово "философски" вызывает такую волну смеха, что конец фразы не слышен, и он садится.
- Джери?
- Чрезвычайно, чрезвычайно, чрезвычайно удивительно, - говорит Джери с широкой улыбкой, - почему мне так хорошо? Я не согласен с тем, что ты говорил, но я чувствую, как будто парю в двух футах над землей. Почему? Это невероятно... (Аплодисменты.)
- Бери, что получил, Джери. Некоторые машины находят, что когда они перестают пытаться не быть машинами, жизнь становится несколько легче... Люди, которые ведут свою машину по жизни на полной скорости с тормозом, вжатым в пол, имеют довольно... припадочную поездку. (Смех.)

Послушать книгу: "Люк Рейнхард – Трансформация (отрывок)" можно в аудиоформате в нашей группе: https://vk.com/wall-62297053_92



Комментировать

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи ... Авторизуйтесь, через вашу любимую социальную сеть!