Ахмед Сукарно - президент Индонезии и великий диктатор

Какой политинформатор не знал слова "Бандунг"! Как вкусно его было произносить! Аудитории передавалось ощущение экзотического, национального и освободительного.

В 1955 году в этом индонезийском городе состоялась конференция лидеров стран Азии и Африки. Неру, Чжоу Эньлай, Нородом Сианук, Кване Нкрума, Насер... Особо выделялся хозяин и главный солист конференции - президент Индонезии Сукарно. Он стал политиком, персонифицирующим "третий мир".

Весна патриарха

В Амстердаме вспоминается Санкт-Петербург. Каналы и славное прошлое. Большая власть и большие деньги вытекли из этих городов, оставив память, историю, культуру.

Власть определялась богатством. Богатство давала торговля. Чем только не торговали предприимчивые голландцы! Изрядную часть доходов приносили колониальные товары, а жемчужиной в короне колониальной империи была Нидерландская Индия. Жестко и методично администраторы и предприниматели выкачивали из далеких островов пряности, кофе, каучук, нефть.

Разделять и властвовать было нетрудно в "стране трех тысяч островов", обитатели которых говорили на десятках разных языков. Но, разъединяя, империя объединяла. Объединяла железными дорогами. Объединяла общей администрацией. Объединяла голландским языком.

Объединяла ненавистью к колонизатору.

Но комфорт и могущество европейской цивилизации, обаяние европейской культуры не позволяли просто ненавидеть. Образованные жители островов осознавали себя индонезийцами, используя язык европейской политики.

Одним из немногих индонезийцев, получивших высшее образование, был Сукарно.

Он с гордостью повторял, что родился на рассвете 6 июня 1901 года. Две шестерки предвещали удачу. Родившийся на заре считался избранником судьбы.

И с происхождением вождю повезло. Отец-яванец вел род от султанов, а мать происходила из брахманов острова Бали. Родословная обосновывала право на лидерство. Этому служило и напоминание о связях с разными этническими и религиозными группами.

Другим достоинством Сукарно было голодное детство. Он напоминал беднякам, что сам ходил босиком, довольствовался порцией риса в день. Вождь намеренно сгустил краски. Впрочем, жалование отца-педагога было скромным. Но провинциальный учитель желал дать сыну образование, ради этого семья отказывала себе во многом.

Сукарно покинул отеческий дом и продолжил образование в голландской школе. Большинство учеников были из европейских семей. Не раз честолюбивому мальчику указывали на его второсортность. Сукарно не сдавался, дрался с одноклассниками и ухаживал за белокурыми девушками, что способствовало усвоению языка колонизаторов.

Не все выпускники школ смогли продолжить образование, но Сукарно поступил в технический колледж. Он получил диплом и с гордостью подписывался: "Инженер Сукарно".

Обучение в голландских учебных заведениях наложило отпечаток на немногочисленных студентов-индонезийцев. Они чувствовали себя элитой элит, солью земли. Но даже самые доброжелательные голландские профессора и студенты ненамеренно оскорбляли их. Честолюбивые юноши встречали и грубые проявления расизма. Всякий раз, проходя мимо бассейнов, они видели надпись: "Туземцы и собаки не допускаются!" Скольких индонезийцев сделали националистами такие объявления!

Было еще одно обстоятельство, которое повлияло на формирование личности Сукарно. Во время учебы он жил в семье Чокроаминото, лидера партии "Союз ислама". В его доме ученик голландской школы мог видеть всех звезд индонезийского движения. Неудивительно, что хозяин дома стал для юноши наставником. Юноша окунулся в политику.

Карьера чиновника была отвергнута Сукарно. Сторонник независимости, он отрицал сотрудничество с колониальными властями. Дипломированный инженер стал профессиональным политиком.
 

Мархаэн - это звучит гордо
 

Юность Сукарно прошла в окружении лидеров "Союза ислама". Но для себя он избрал иной путь.

Образованные туземцы понимали, что политический ресурс ислама ограничен. Они стремились создать современное государство. Ислам же воспринимался как нечто архаичное. Антиколониальное движение должно было объединить не только мусульман, но и христиан, индуистов.

Следовало создать тексты и символы, которые найдут отклик и у неграмотных крестьян, и у образованной молодежи, и у европейских либералов, и у социалистов, в поддержке которых нуждалось движение.

Новое поколение мечтало о молодой Индонезии. В конце 20-х годов состоялся Конгресс индонезийской молодежи. Национальным гимном стала песня "Великая Индонезия", затем появился и красно-белый флаг. Пропагандировался индонезийский язык, созданный на основе малайского. В этой атмосфере Сукарно и его друзья основали Национальную партию. Индонезийский национализм соединяли с социализмом и исламом.

Время требовало модных неологизмов. Сукарно предложил "мархаэнизм" - от слова "мархаэн", простой человек. Новый национализм, "социал-национализм" должен был указать маленькому человеку Индонезии путь к светлому будущему.

Партия набирала силу. Этому способствовал Сукарно, неплохой организатор и блестящий оратор. Его выступления были настоящими спектаклями, он шутил, цитировал поговорки и сказания разных народов.

Мировой кризис обострил ситуацию. У яванских крестьян веками жила вера в грядущее пришествие справедливого правителя, который избавит их от ига чужеземцев и освободит от налогов. Поползли слухи, что в 1930 году долгожданный мессия придет. Голландцы прервали религиозный эксперимент, проведя аресты беспокойных элементов. В тюрьме оказался и Сукарно.

Его речь на суде была адресована индонезийскому и голландскому общественному мнению. Цитируя нидерландских, немецких, французских, английских авторов, Сукарно бичевал ужасы колониализма. Он был осужден, но голландские гуманисты выступили в защиту обаятельного и эрудированного интеллектуала. Вскоре он обрел свободу.

Процесс сделал Сукарно известным. Без него уже нельзя было представить национальное движение. Поездки по стране превращались в серию чествований. И молодые интеллектуалы, и простые крестьяне боготворили его.

Вскоре он был арестован и сослан на далекий остров, где чуть не умер от малярии, но стал еще более известным.

Оккупация как освобождение

Вожди антиколониальных движений возлагали надежды на помощь Японии. Сукарно не разделял этот оптимизм, но ему пришлось стать союзником империи.

Японцы атаковали американский флот 7 декабря 1941 года. Затем они высадились в Нидерландской Индии. Голландские войска капитулировали.

Туземцы приветствовали японцев. Страна восходящего солнца обещала освобождение. Самолеты разбрасывали флажки Индонезии. Батавия получила старое имя - Джакарта. Голландские чиновники оказались в концентрационных лагерях, а Сукарно - на свободе.

Однако оккупационные власти действовали более жестоко, чем голландцы. Юношей отправляли в строительные части, женщин - во фронтовые публичные дома. При совершении молитвы следовало обращаться не в сторону Мекки, а на север, туда, где жил великий император.

Бои на Тихом и Индийском океанах не принесли Японии победы, она нуждалась в поддержке местных лидеров.

Сукарно, отвергавший сотрудничество с голландцами, работал с оккупантами. Он восхвалял Великую Японию. Он убеждал выполнять продовольственные поставки. Он именовал Героями труда юношей, мобилизованных в стройбаты. Он восхвалял индонезийцев, пошедших добровольцами во вспомогательные войска, облачался в их форму и маршировал. Сукарно был принят самим императором, его наградили орденом империи.

Противники именовали Сукарно японским лакеем. Он же утверждал: "Мы посадили семена национализма. Пусть японцы их выращивают".

Тысячи националистов получали навыки бюрократической деятельности, становились офицерами вспомогательных войск. Формировался политический класс Индонезии.

Сукарно укреплял положение национального лидера. Японцы, желая донести его речи до далеких деревень, развешивали репродукторы на пальмах, толпы собирались у "говорящих деревьев", слушая знакомый голос великого оратора.

Посевная национализма была в разгаре.

Победы англичан и американцев работали на Сукарно. Японцы пообещали предоставить независимость Индонезии.
 

Волшебная сила "Панча сила"
 

Для выработки основ нового государства в июне 1945 года была создана комиссия. Первые заседания принесли разочарования: индонезийские политики никак не могли договориться. Мусульмане требовали создания исламского государства, а это было неприемлемо для приверженцев иных конфессий и светских националистов.

В решающий момент выступил Сукарно. Он предложил пять принципов организации нового государства - "Панча сила": индонезийский национализм, гуманизм, демократия, социальная справедливость и вера в Бога.

Сукарно продемонстрировал качества искусного политика. Он и впоследствии часто выжидал, пока конфликт не обострится до крайности, и в решающий момент предлагал неожиданную и яркую компромиссную формулировку. Он вновь и вновь выступал как примиритель.

Но независимость пришла скорее, чем ожидал Сукарно: атомные бомбы принудили японцев к капитуляции. Они должны были поддерживать порядок на оккупированных территориях, не меняя форму правления.

Националисты должны были спешить, лавируя между японцами, англичанами и собственными нетерпеливыми сторонниками.

17 августа Сукарно провозгласил независимость Индонезии.

Но на островах высаживались британцы, за ними шли голландцы.

Казалось, что Сукарно - это азиатский Квислинг, подлежащий суду победителей.

Однако Республика Индонезия оказалась жизнеспособной. Голландские войска возобновляли военные действия, захватывая один город за другим. Они смогли пленить Сукарно. Но победы не получалось. В моменты затишья индонезийские полевые командиры начинали гражданские войны, однако перед лицом общего врага объединялись.

Мировое общественное мнение осуждало Голландию.

В конце 1949 года было подписано соглашение с Нидерландами. Республика Индонезия считалась штатом Соединенных Штатов Индонезии, входивших в Нидерландско-Индонезийский Союз. Многие партизаны и политики были недовольны компромиссом. Однако Сукарно преобразовал федерацию в унитарное государство, через несколько лет был разорван союз с Голландией.
 

Брат-основатель
 

Обретение независимости было связано с огромными проблемами. Сказывались последствия войны. Эпидемии. Экономический кризис. Бегство специалистов.

Пропагандисты возглавляли министерства. Подпольщики стали послами. Партизанские командиры формировали регулярные дивизии. Много энтузиазма и мало опыта.

Центробежные силы разрывали Индонезию. Мятежи, локальные гражданские войны, продолжавшиеся годами. Мусульманские теологи требовали теократического государства. Коммунисты мечтали о диктатуре пролетариата. Сепаратисты желали оторваться от старшего брата Явы.

Сукарно должен был объединить бедную страну, ждавшую от независимости чуда. Он не мог дать народу благосостояния. Он предлагал величие.

Он убеждал сограждан в том, что они живут в великой стране, в великую эпоху, что они имеют великого лидера.

Достигнуть величия можно было, побеждая врагов, возвращаясь к традиционным ценностям и одновременно спасая человечество.

Роль врага выполняла бывшая метрополия: все можно было списывать на "300 лет угнетения". К тому же Голландия продолжала удерживать западную часть Новой Гвинеи - Западный Ириан. Миссия освобождения способствовала внутренней консолидации.

Полномочия Сукарно оказались невелики: Индонезия стала парламентской республикой. Однако президент был еще и отцом нации.

Эйфория освобождения давала передышку. Сколько радости принесли подъем национального флага, исполнение военным оркестром гимна, переименование улиц... Президентский дворец был переименован во Дворец Независимости и переориентирован по древнему канону дворца правителя. Патриотам следовало приветствовать друг друга возгласом "Свобода!" и поднятой пятерней, напоминавшей о принципах "Панча сила".

Граждане совершали паломничества к резиденции президента. Один крестьянин шел три недели, чтобы поцеловать ногу Сукарно. Не без гордости вождь писал, что старик поклялся перед смертью явить президенту преданность.

"Мархаэн" верил, что Сукарно обладает способностью исцелять. Вода, набранная им, поднимала людей со смертного одра. На острове Бали считали, что вождь - воплощение Вишну, а его визиты приносят долгожданный дождь.

Индонезийцы гордились дворцами президента, его магическими амулетами, его жизнелюбием. Ислам позволял Сукарно иметь четырех жен, но президент регулярно обновлял и разнообразную коллекцию любовниц. Креативная сила вождя служила подтверждением политической потенции, а простой человек верил, что женщины "всего мира" мечтают любить президента.

Сукарно сохранял власть, маневрируя между различными силами, выступая как уникальный и изобретательный организатор компромиссов. И особую роль играли речи президента, который при каждом случае демонстрировал свой выдающийся ораторский дар.
 

Стойкий дух Бандунга
 

Лидеры бывших колоний с энтузиазмом окунулись в мир дипломатии. Они желали войти в него не как робкие и слабые новички, а как могущественная и притягательная сила.

Еще бы! Ведь многие из молодых государств были в то же время представителями древнейших цивилизаций, сохранивших у себя памятники вековой мудрости. Казалось, что именно они могут теперь, после своего освобождения, предложить миру совершенно иной подход к устройству международных дел вместо того, который долгие годы основывался на колониализме, империализме, расизме и почти непрерывно идущих войнах.

Это была своеобразная заявка на мессианство. Надо было спасать человечество от постигших его несчастий. Третий мир предлагал человечеству один из важнейших и наиболее глобальных проектов ХХ столетия. Он готов был противопоставить себя европейской цивилизации, готов был доказать, что может решить проблемы, непосильные для Запада. Следовало лишь объединиться и сформулировать новые идеи. Для этого в Бандунг прибыли президенты и премьеры.

Единодушно, красноречиво и гневно осуждали они расизм, колониализм, войну. Казалось, молодые государства привнесут в жестокий мир терпимость и миролюбие.

Но вскоре многие лидеры освободившихся стран начали вести свои войны, организовывать этнические чистки, строить свои империи.

Бандунг был использован странами "третьего мира". Вместе было легче давить на мир "первый" и на мир "второй". Порой США и СССР соревновались за право предоставить какой-нибудь стране экономическую и военную помощь. Сукарно, хозяин конференции, претендовавший на роль лидера "третьего мира", мастер политического лавирования, оказывался в особо благоприятном положении.

Но Бандунг помогал лидерам азиатских и африканских стран укреплять свой авторитет и в глазах сограждан. Они представали как вершители мировой политики. Такой образ культивировал и Сукарно.

Простой индонезиец верил, что его страна становится мировым лидером, "осью вселенной". Это нравилось. В Индонезии проходили Азиатские игры. Индийский океан Сукарно переименовал в Индонезийский.

Страна громыхала оружием советского производства, спецназ начал партизанские действия в западной части Новой Гвинеи. Голландия вынуждена была отступить. Западный Ириан стал индонезийским.

Срочно следовало найти нового врага, и Сукарно призвал "Сокрушить Малайзию". Туда были направлены отряды "партизан".

"Мархаэн" не возражал против присоединения "братских народов" и создания великой державы. Однако житейские проблемы мешали обывателю насладиться высокой политикой. Экономическое положение страны ухудшилось по сравнению с колониальным периодом.

Заботясь о счастье всего человечества, третий мир не мог, да, наверное, и не желал представить какой-либо оригинальной концепции разрешения своих внутренних проблем, в том числе проблем хозяйственных.

Этот мир был открыт для разного рода экспериментов на базе уже существующей в мире практики. Использовалась частная собственность, сохранялась традиционная экономика, привлекались зарубежные инвестиции. Но в то же время можно было поэкспериментировать и с централизованным планированием, с экспроприацией экспроприаторов, с созданием государственных предприятий.

Это все была проза жизни, несопоставимая по своей привлекательности с задачей глобальной перестройки всех международных отношений. Неудивительно, что именно в этой прозаической сфере дела у стран третьего мира особенно незаладились. Необходим был новый поворот, новые концепции.
 

Куда направилась "направляемая демократия"
 

У Сукарно всегда были в запасе новые идеи. Еще в 1957 году он сформулировал концепцию "направляемой демократии". Направление было известное: ослабление влияния политических партий, ограничение власти парламента. Сукарно опирался на массовое недовольство народным представительством, этим "кофейным клубом" элиты.

Конституция была изменена, полномочия президента усилены. Протестовавшие партии распустили, некоторые их лидеры попали за решетку. Сукарно был провозглашен "великим вождем революции" и объявлен пожизненным президентом.

Но он не был простым диктатором. Президент продолжал оставаться мастером компромисса, лавируя между коммунистами, исламистами и националистами, трактовавшими по-разному концепцию "направляемой демократии".

Но направлять демократию невозможно без поддержки армии. Генералы управляли голландскими, малайскими и английскими предприятиями, национализированными ранее. Генералы контролировали таможню. Генералы создавали политические организации и газеты.

Между армией и коммунистами назревало столкновение. Плелись интриги, возникали заговоры и контрзаговоры. Политические противники пытались заручиться поддержкой Сукарно: он все еще был очень популярен.

Возможности для маневра у бессменного президента были ограничены. Он, как нередко бывало, не препятствовал обострению конфликта, надеясь в нужный момент выступить в роли примирителя.

Более опасными казались генералы, превратившие армию в государство в государстве. Офицеры, связанные с руководством компартии, решили нанести упреждающий удар в 1965 году. О некоторых их планах знал Сукарно. Он надеялся восстановить баланс власти, ослабив генералитет.

Но события не контролировались им.

Группу высших генералов расстреляли в своих домах. Некоторых военачальников ждало ритуальное убийство, во время которого активистки компартии исполняли старинные танцы.

Весть о бойне сплотила армию. Ее возглавил герой войны в Западном Ириане генерал Сухарто. Войска восстановили контроль над крупными городами. Началась страшная месть. Убивали коммунистов. Убивали членов их семей. Убивали китайцев. Вырезали целые деревни. Число жертв перевалило за миллион. Генералы это возмущенно опровергали: по их мнению, погибло "не более" 250 тысяч...

Сукарно пытался остановить резню. Генералы были почтительны, однако игнорировали распоряжения "отца нации". Он постепенно лишался своих полномочий. Военные не могли сразу избавиться от президента, ставшего национальным символом. По слухам, они побаивались и магических амулетов Сукарно. Десантники обшаривали старинные храмы в поисках более могущественных талисманов...

Началась кампания по десакрализации вождя. Теперь дворцы, коллекции искусства и любовницы ставились ему в вину. Молодежные организации, поддерживаемые армией, требовали передачи власти лидерам нового поколения. Усилилось давление на Сукарно, некоторые генералы требовали над ним суда...

Старый вождь, терявший влияние, вынужден был отступать. Пост президента перестал быть пожизненным, а в 1967 году президент официально передал полномочия Сухарто.

Отставной отец нации оказался в одиночестве. Его покинули любовницы и жены, власти ограничивали его контакты с внешним миром. Ветеран индонезийской политики страдал от болезней и от бездеятельности. Он умер в 1970 году.

Похороны проходили по высшему разряду. Мертвый Сукарно был полезен властям, его вновь произвели в ранг священного символа нации.

Андрей 8

опубликовано: 09.02.14 в 18:29


Комментировать

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи ... Авторизуйтесь, через вашу любимую социальную сеть!